Владимир Высоцкий  в артели старателей «Лена»

     Владимир Высоцкий прилетел в Бодайбо в середине июня 1976 года вместе с председателем артели Вадимом Тумановым. Был теплый, солнечный день. Я и водитель стояли на площадке перед старым зданием аэропорта, опираясь на штакетник у калитки и наблюдали за тем, как пассажиры выходили из самолета и направлялись в нашу сторону. В середине этой растянувшейся цепочки прибывших и шли Вадим Иванович и Высоцкий. Владимир Семенович был в короткой легкой куртке, свитере, джинсах, с зачехленной гитарой в руке. Из аэропорта сразу поехали к нам на базу. 

     Первый день провели в Бодайбо, показали гостю город и его окрестности. Прошли по скверу перед зданием «Лензолото», зашли на местный базарчик на берегу Витима. Рассказывали ему о том, что из себя представляют  месторождения золота, как его добывают,  что из себя представляет современная старательская артель и в каких местах работают участки артели «Лена». Основным рассказчиком был Вадим Иванович. Надо сказать, что рассказчиком он был потрясающе ярким, интересным. Высоцкий же был довольно сдержан, не слишком многословным и весьма обыкновенным. Вопреки моим ожиданиям при простом общении ничто не выдавало в нем того человека, который писал и пел потрясающие по силе песни. Он старался больше спрашивать и очень внимательно слушал собеседников.

     Следующие по приезде в Бодайбо два дня мы провели на участках артели – Барчике и Хомолхо. Барчик был новым месторождением. Там еще три месяца назад стеной стояла тайга, а сейчас мы уже добывали там золото.  Летом на машине из Бодайбо туда было не добраться. Надо лететь до поселка Перевоз и оттуда на вездеходе ехать до Барчика. Чтобы попасть оттуда на Хомолхо, надо по воздуху возвращаться в Бодайбо и оттуда на машине ехать полтораста километров  на этот участок. Чтобы сэкономить время мы использовали вертолет, который позволял нам приземляться прямо на участках.

На Барчике и Хомолхо  Высоцкий облазил все, что только было можно успеть за то непродолжительное время, которое у нас было.  Туманов знакомил его с многими  старателями и Владимир Семенович сколько было можно подробно с ними беседовал. Он интересовался всякими необычными историями, необычными эпизодами из их жизни, а ведь многие из них прошли колымские лагеря. Примечательна в этом плане история создания Высоцким песни про речку Вачу. Рассказывая ему всякую всячину из своей артельской жизни, мы мимоходом  упомянули ему про нашу  шахту на Ваче и среди прочего, характеризующего это месторождение,   сказали любимую фразу  тех кто там работал - «я на Вачу еду плачу, еду с Вачи хохочу».     Сказали мимоходом и забыли. А Высоцкий не забыл. Эта фраза,  плюс пара дней в старательской среде, и вот он выдает  замечательную балладу про речку Вачу. Кто слышал эту песню и хорошо знает старательское житье-бытье, может оценить, как точно и глубоко схватил Владимир Семенович этот, до того момента абсолютно неведомый ему пласт жизни, его образы, лексику, суть.

Высоцкому  удалось даже самому постоять на промывке песков. Ему объяснили что и как надо делать и он с азартом подрезал мощной струей воды грунт на столе промприбора, перебуторивал его и выбрасывал чистые валуны в отвал.   При этом у меня было ощущение, что он  делал это с каким то особым вдохновением и удовольствием.

     На Хомолхинском участке в помещении столовой Высоцкий пел для старателей. Пел он с полной отдачей, на пределе физических возможностей. Пел два часа без перерыва. Небольшое помещение было забито людьми до отказа. Неведомо как узнали и успели приехать на этот вечер люди даже из Кропоткина. Это был незабываемый день для всех, кто там присутствовал.

     Возвращаясь в Бодайбо вертолет сделал посадку в Апрельском,  около памятника жертвам Ленского расстрела. 

     У нас был план показать Высоцкому еще один наш участок на реке Бирюса, в Восточных Саянах.  Это месторождение было обнаружено также давно  как и Хомолхинское -  в середине 19 века и с тех пор там, также как и на Хомолхо, все еще добывали золото.  Туда надо было добираться сначала поездом из Иркутска до Нижнеудинска. А уже оттуда самолетом на участок.  Прилетев в Иркутск, мы некоторое время провели в здании аэропорта. Мы, человек десять,  стояли плотным кружком. Вокруг была обычная в летнюю отпускную, каникулярную, советскую пору  человеческая суета. Мы стояли беседуя. Никакого объявления по радио о том, что в здании аэропорта находится Владимир Высоцкий, естественно, не было. Мы стояли недалеко от входа, и народ  сновал туда-сюда, обтекая нас. Довольно быстро люди заметили Высоцкого. Заметили и начали останавливаться. Вскоре вокруг нас собралась довольно большая толпа. Видимо, уже просто увидеть живого Высоцкого вот так запросто в  Иркутском аэропорту  было большим событием в их жизни.  Кое-кто из них подходил и спрашивал будет ли Высоцкий выступать в Иркутске. 

Глубокой ночью от Иркутского вокзала отходил наш поезд, на котором мы должны были добраться до Нижнеудинска. Когда мы ждали поезд в  вокзале, к нам подошли несколько гаишников. Они на дежурстве и узнали, что тут Высоцкий, и специально приехали попросить у него  автограф. Кроме удостоверений у них ничего с собой не было и Высоцкий расписался прямо на удостоверениях.

     Поезд был проходящий, стоял в Иркутске несколько минут. Мы быстро прошли в глубину спящего вагона и заняли два свободный купе. Прошло совсем немного времени как поезд отошел от перрона и я все еще стоял в полутемном, пустом коридоре. Ко мне подошел человек и сказал, что он шеф-повар из вагона-ресторана, и что он узнал, что в поезде едет Владимир Высоцкий. Он сказал, что очень хочет покормить Высоцкого. «Это же  такое раз в жизни бывает и то если очень повезет!» Есть ночью, конечно, никто не стал, но сам по себе случай очень показательный в том смысле, как много значил для  людей Владимир Высоцкий.  

     К сожалению, вылететь из Нижнеудинска на Бирюсу мы не смогли. Горы бы закрыты плотными облаками и погода была нелетная. В ожидании погоды мы сидели на небольшой базе артели. Когда метеорологи дали окончательный отбой, завбазой Константин Семенов, в прошлом капитан дальнего плавания, с энтузиазмом предложил всем идти париться в его баньку.  Баней был небольшой, совершенно темный, насквозь прокопченный сарай, который протапливался по-черному. Вадим Иванович довольно брезгливо заглянул внутрь, коротко обозвал Костю нехорошим словом и отказался. Отказались идти в эту пещеру и другие. Один лишь Высоцкий пошел париться вместе с капитаном. Прошло довольно много времени. Мы стояли на улице когда из бани показался Владимир Семенович. Его лицо было настолько перемазано сажей, что все покатились  с смеху. Оказалось, что парясь в темноте, он то и дело нечаянно касался грязных стен и когда вышел в раздевалку  и начал вытираться, то размазал по телу пятна сажи. Впрочем, этот случай никому не испортил настроения, хотя капитан получил от Туманова порцию крепких эпитетов. Принял критику в свой адрес Костя Семенов весело, без малейшего сожаления о случившемся.  

     О приезде Владимира Высоцкого в старательскую артель «Лена» в Иркутскую область у меня сохранились  представленные здесь мои фотографии. 

БОДАЙБО

 

Река Витим и город Бодайбо

Бодайбинский район. Долина реки Бодайбо

Бодайбо. Местный рынок

Бодайбо. Местный рынок

База артели в Бодайбо. Серафим Коваль и Владимир Высоцкий

База артели в Бодайбо

База артели в Бодайбо

База артели в Бодайбо

База артели в Бодайбо. Снабженец, С. Коваль, В. Высоцкий, В. Туманов, С. Зимин

БАРЧИК

Барчик. Доктор, Л. Мончинский, В. Туманов, В. Высоцкий переобуваются у вертолета

Барчик. По дороге от вертолета в поселок

Барчик. К. Ведерников, В. Высоцкий, С. Зимин, В. Туманов

Барчик. На лесопилке

Барчик. На лесопилке

Барчик. К. Ведерников и В. Высоцкий  на полигоне

Барчик. К. Ведерников, В. Высоцкий, Командир вертолетного отряда, С. Зимин, В. Туманов

Поселок участка Барчик

ХОМОЛХО

Хомолхо. Слева направо – горные мастера Борис Барабанов и Владимир Донсков, Владимир Высоцкий, Вадим Туманов,  гл. маркшейдер Сергей Анисимков, начальник участка Иван Калафат

Хомолхо. Борис Барабанов, Владимир Высоцкий, Вадим Туманов

Хомолхо. Вертолетчик,  В. Высоцкий, И. Калафат

Хомолхо. И. Калафат, Л. Мончинский, командир вертолетного отряда, В. Туманов

Хомолхо

Хомолхо

Хомолхо

Хомолхо. В. Донсков, В. Высоцкий, Б. Барабанов

Хомолхо. Б. Барабанов, В. Высоцкий

Хомолхо. В. Донсков, В. Высоцкий, И. Калафат у гидроэлеватора. В руках Калафата промывочный лоток 

Хомолхо. В. Донсков, В. Высоцкий, И. Калафат, В. Туманов

Хомолхо. На фоне струи годромонитора

Хомолхо. В. Донсков, Б. Барабанов, В. Туманов, В. Высоцкий

Хомолхо. Вадим Туманов (младший), В. Высоцкий 

Хомолхо. Добыча золота на гидроэлеваторе

Хомолхо. В. Высоцкий работает на гидромониторе. Рядом С. Анисимков

Хомолхо. В. Туманов, В. Высоцкий, Л. Мончинский, Б. Барабанов, С. Анисимков

Хомолхо. В. Туманов, С. Зимин, Б. Барабанов, В. Высоцкий

Хомолхо. Промприбор на полигоне

Хомолхо. В. Высоцкий и Б. Барабанов переходят речку

Хомолхо. Борис Барабанов и Владимир Высоцкий

Хомолхо. В. Высоцкий и Б. Барабанов на фоне промприбора

Хомолхо. Б. Барабанов, В. Высоцкий, В. Туманов

Хомолхо. Б. Барабанов, В. Высоцкий, Л. Мончинский, В. Туманов, В. Донсков

Хомолхо. Идем к вертолету

Хомолхо. Прощание с В. Высоцким

АПРЕЛЬСКИЙ

Апрельский. Л. Мончинский и В. Высоцкий идут к памятнику жертвам Ленского расстрела

Апрельский. У памятника В. Туманов,  С.  Анисимков, В. Туманов, В. Высоцкий и экипаж вертолета

НИЖНЕУДИНСК

Нижнеудинск, база артели. В. Высоцкий, С. Зимин